Александр Проценко: Не наша революция
Парламент Каталонии после тайного голосования объявил об отделении от Испании. Ранее в автономии проходил референдум о независимости региона. События в Каталонии многим напомнили ситуацию в Донбассе, в котором жители также приняли решение отделиться от Украины после госпереворота 2014 года. Луганск
Парламент Каталонии после тайного голосования объявил об отделении от Испании. Ранее в автономии проходил референдум о независимости региона. События в Каталонии многим напомнили ситуацию в Донбассе, в котором жители также приняли решение отделиться от Украины после госпереворота 2014 года. Луганск
Парламент Каталонии после тайного голосования объявил об отделении от Испании. Ранее в автономии проходил референдум о независимости региона. События в Каталонии многим напомнили ситуацию в Донбассе, в котором жители также приняли решение отделиться от Украины после госпереворота 2014 года. Луганской политолог Александр Проценко объяснил сходства и различия происходящего в двух регионах.
"С одной стороны Каталония и Донбасс имеют общие социально-экономические и демографические черты. Например, в Каталонии проживает порядка 16% населения, однако общий вклад ВВП достигал и там, и в Донбассе более 20%. Это две экономически развитые области. Кроме этого эти две территории похожи тем, что на них сосредоточена большая агломерация – очень большая плотность населения. Но на этом схожесть в плане политического сравнения заканчивается.
У каталонского сепаратизма, хоть он и стал для кого-то неожиданным, очень глубокие корни, историческая подоплека. Так называемая каталано-арагонская Корона многие века сохраняла свою государственную самостоятельность, была суверенной страной. В данном случае, мы видим попытку восстановить историческую и государственную справедливость и снова приобрести суверенитет, который каталонцы утратили. Каталонский национализм складывался в течение долгого времени. И самое главное, что в 1979 году в Конституцию Испании внесли ряд изменений, благодаря которым Каталония получила очень широкие и культурные, и экономические права. Они также обрели свой парламент, своё правительство. И сейчас для каталонцев восстановление собственного государства, это вопрос исторической справедливости.
Другое дело – Донбасс. Здесь, в принципе, до "евромайдана" какие-то сепаратистские настроения иногда проскакивали среди населения, но никогда не выходили на уровень актуальной политики, и для населения не являлись большим политическим интересом. Так называемый "сепаратизм" в Донбассе является вынужденным. Это реакция на государственный переворот, который произошел в Киеве, реакция на беззаконие на Украине. Ведь после переворота людей на тот момент еще Юго-Востока практически объявили гражданами второго сорта, попытались заставить их расписаться в собственной культурной и гражданской неполноценности. И, конечно, это вызвало борьбу против агрессии Киева.
И еще один момент: если Каталония старается быть равноудаленной как от Испании, так и от других стран, то в Донбассе в корне настроений, которые вылились в "Русскую весну", лежало усиление связей с Россией – именно эти связи Киев пытался разорвать. То есть в случае с Донбассом правильнее говорить не о "сепаратизме", а об ирредентизме – желании народа, который оказался отделенным от своей исторической Родины, вернуться домой. Донбасс, в первую очередь, хочет защитить своих людей и отделиться от обезумевшего незаконного правительства Украины".