Цены на выживание в больнице: Блондинка с характером вогнала дошла до Володина

– Почему история в маленьком Вольске вышла на федеральный уровень?

– Все благодаря местной общественнице, блондинке с характером Татьяне Голубевой. Она возглавляет комиссию по здравоохранению и 20 лет отработала в районной больнице Вольска. В начале августа на заседании с вице-губернатором Голубева образно сказала, что если главный врач вольской больницы едет на иномарке, то районная больница едет на телеге. Примерно то же самое она сказала и на встрече с председателем Госдумы Вячеславом Володиным.

– Ее претензии, получаются, к главврачу?

– Да, уже год вольскойрайбольницей руководит Денис Соболев, бывший стоматолог, ветеран военной службы, участник СВО. Он работал в зоне боевых действий, ходил в рейды с сапёрами, выносил раненых. Соболев заявлял, что намерен вывести больницу в число лучших в регионе. В пабликах медучреждения – сплошной позитив: призывы к диспансеризации, вакцинации, пропаганда ЗОЖ. Однако, по словам Голубевой, реальность оказалась совсем иной.

– Какой?

– Накопилось много проблем. С октября прошлого года не работал томограф – местные жители ездили на обследования в соседние города или обращались в частные клиники. Прокуратура заставляла руководство погасить долг в 5 миллионов рублей перед поставщиками медицинских изделий и продуктов. Пациенты стационара жаловались на скудное питание – в соцсетях разлетелся ролик, где мужской голос возмущался больничной едой, называя её клейстером. И это только то, что было на поверхности.

– И это все она сказала председателю Госдумы? Вроде бы, проблемы типичные для каждой второй районной больницы.

– В Вольске история показательная. В ЦРБ нет вообще ничего – даже молока детям. Врачи увольняются. Главный шок – её слова о реанимации: по словам Голубевой, Соболев сказал: "Реанимации не будет до ноября. Я её всю своей программой удалю". Она пояснила, что без реанимации не будет и хирургии, и травматологии, потому что после операций пациенты идут именно туда. В штате реанимации осталось всего три врача.

– У больницы нет денег?

– Надо полагать, если врачи приносят из дома коплектующий для ПК, а водители скорой помощи на свои деньги покупают запчасти. Санитарки в свою очередь приносят мусорные мешки, а медсёстры – дезсредства. Если кто-то возмущается – увольняют. Она добавила, что высказывала всё это министру здравоохранения Саратовской области, а тот ответил: "Это я его поставил, и он будет работать". Зал после этого взорвался аплодисментами.

– Какова была реакция Володина на это выступление?

– Он слушал очень внимательно. Увидев, что зал поддерживает Голубеву, сказал: "Учитывая, что люди вас поддерживают, это ещё раз меня убеждает в том, что не всё в порядке". И тут же поручил помощникам подготовить запрос в областную прокуратуру – чтобы проверили все факты по питанию больных, обеспечению расходными материалами и кадрам. Фактически он передал проблему в прокуратуру.

– Удалось ли получить комментарий от самого Соболева?

– Мы связались с приёмной Вольской ЦРБ. Дениса Валерьевича Соболева на месте не оказалось – секретарь сказала, что он в Саратове и когда вернётся, неизвестно. Его телефон был выключен.

– Что Голубева рассказала уже после встречи, когда вы общались отдельно?

– Она охарактеризовала обстановку в больнице как "обстановку 37-го года" – ничего нельзя говорить, медики жалуются только потихоньку. Они тратятся даже на катетеры для реанимации, на пищеблоке варить не из чего. Когда она приглашала главврача на заседания Общественной палаты и перечисляла проблемы – ничего не менялось. На критику Соболев отвечает, что всё есть в больнице, на замечание, что скорая не проезжает, ответил: "Все успеют, все проедут".

– Были ли какие-то изменения после того, как Голубева выступила перед Володиным?

– По её словам, после заседания в ЦРБ возобновились поставки продуктов, медикаментов и расходных материалов. Главврач готов предъявить накладные. Но Голубева задаётся вопросом: почему раньше ничего этого не было? Эксперт Дарья Митина пояснила, что это системная проблема – кадры стягиваются в столицы, а провинция остаётся без врачей, без оборудования и без поддержки, и нужна глубокая реформа закрепления специалистов на местах. Но это уже вопрос к государственной политике.