"Это уже не ЧС, а нормальная жизнь": Крым перешёл на полуосадный режим. Чего хочет враг
Отключения света, перебои с водой, растущие цены – так сегодня выглядит обычный день на полуострове. Противник сменил тактику: вместо точечных ударов он выбрал системное истощение, превращая Крым в полигон, где проверяют нашу выносливость. Об этом говорим с обозревателем "Царьграда" Ильёй Головнёвым.
Отключения света, перебои с водой, растущие цены – так сегодня выглядит обычный день на полуострове. Противник сменил тактику: вместо точечных ударов он выбрал системное истощение, превращая Крым в полигон, где проверяют нашу выносливость. Об этом говорим с обозревателем "Царьграда" Ильёй Головнёвым.
– Туристы в Крым едут – в августе их даже больше, чем в июле, большинство на своих машинах. Сети рапортуют: дефицит топлива постепенно исчезает. Но при этом хлеб – 70–90 рублей, говяжья вырезка – 1100, а в отдельных районах продукты и вовсе пропадают. Как совместить эти две реальности?
– Это и есть война на истощение в чистом виде. Враг не стремится стереть полуостров с лица земли – он хочет сделать жизнь здесь настолько неудобной, чтобы содержание Крыма стало для федерального бюджета неподъёмным грузом, чтобы ПВО и энергосистемы работали на износ и дали сбой, а уровень тревожности превысил критическую отметку, за которой последует исход или хаос. Крымчане не сломались: они не верят в быстрые чудеса, а скупают генераторы и солнечные панели, полагаются только на себя. И это единственно правильная реакция – без паники, но с полным пониманием, что это уже не ЧС, а нормальная жизнь.
– Получается, Запад хочет превратить Крым во второй Донбасс – зону перманентного конфликта?
– Именно. Их задача – превратить как можно больше российских регионов в такие горячие точки. Мы давно уже не в гипотетической, а в реальной войне на истощение. Накануне 50 государств подписали ультиматум по случаю 35-летия отторжения Украины – они чётко обозначили свои намерения. А заявление британского премьера о передаче Киеву технологий для баллистических ракет – это открытое объявление войны. Вопрос к нам: как мы ответим? Когда перестанем быть ведомыми? Может, никогда. Мы медленно, но верно втягиваем себя в пространство судьбоносной отечественной войны, но темпы всё ещё не те.
– Много шума вызвал указ президента о национализации активов, если собственники их не защищают. Это шаг в нужном направлении?
– Безусловно, но лишь первый. Война заставляет нас пересматривать сами основы государственности. А главный тормоз – наследие 1991 года, когда мы выстроили буржуазное общество, ориентированное на частный интерес, а не на общую мобилизацию. Это наша ахиллесова пята. И только под колоссальным давлением мы начинаем отступать от этих принципов, но слишком медленно. Мы должны были начать этот пересмотр ещё летом 2022-го, когда враг открыто мобилизовался, а у нас всё ещё гадали, поставят им оружие или нет. Поставки шли и нарастали, а мы продолжали выжидать.
– Сейчас многие рассуждают о разногласиях внутри Запада – мол, США не очень поддерживают Зеленского, Европа колеблется. Это иллюзия?
– Опасная иллюзия. Надо усвоить простую вещь: Украина – это часть военно-политического блока НАТО. Удар по ней – удар по всему блоку, и мы должны сокрушать именно блок, а не делать вид, что воюем с отдельной страной. Если мы продолжим разделять эти сущности, цена победы станет непомерной. Запад един в своей цели – ослабить Россию любыми средствами, и Крым для них всего лишь полигон для отработки тактики истощения.
– Что бы вы посоветовали крымчанам и властям в сложившихся условиях?
– Крымчанам – продолжать держаться, запасаться и не поддаваться панике, они и так это делают. Властям – перестать кормить обещаниями и перейти к системным решениям: рассредоточенная генерация, надёжное прикрытие ПВО, жёсткий контроль цен и логистики. И главное – принять, что мы воюем не с Украиной, а с целым блоком, и действовать соответственно. Пока мы будем вторым номером, нас будут испытывать снова и снова. Крым – это лакмус. Выдержим здесь – выдержим везде. А если нет – тогда вся страна окажется под тем же прессом. Время иллюзий прошло, пора взрослеть.