Кирилл Дмитриев: нефть достигнет $150

Глава РФПИ прогнозирует рост цены на нефть выше $150 за баррель в ближайшие недели

По мнению Кирилла Дмитриева, эскалация конфликта на Ближнем Востоке серьёзно влияет на логистику и добычу сырья.

Специальный представитель президента России по вопросам инвестиционно-экономического взаимодействия с иностранными государствами, руководитель Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев допустил, что в течение двух-трёх недель котировки нефти могут преодолеть отметку в $150 за баррель. Такой скачок он связывает с нарушениями в цепочках поставок углеводородов, вызванными обострением ситуации на Ближнем Востоке.

Комментируя в социальной сети X публикацию The Wall Street Journal о рисках углубления энергетического кризиса на фоне иранских событий, Дмитриев отметил:

«В июне прошлого года мы прогнозировали повышение цены на нефть до $100 и дороже. Сейчас мы на пути к $150 и больше в ближайшие 2-3 недели, поскольку перебои [в поставке нефти из-за конфликта на Ближнем Востоке] сказываются не только на логистике, но и на самом производстве».

Напряжённость в регионе резко возросла 28 февраля, когда вооружённые силы Соединённых Штатов и Израиля начали операцию против Ирана. Удары наносились по крупнейшим городам страны, включая столицу Тегеран. Элитные части иранских вооружённых сил — Корпус стражей исламской революции (КСИР) — объявили о проведении масштабного ответного наступления на израильскую территорию. Кроме того, атакам подверглись объекты в ряде государств Персидского залива:

• Бахрейне,
• Иордании,
• Катаре,
• Кувейте,
• Объединённых Арабских Эмиратах и
• Саудовской Аравии.

Ранее, 2 марта, генерал-майор КСИР Эбрахим Джабари предупредил о возможной блокировке Ормузского пролива для судоходства в ответ на действия Вашингтона и Тель-Авива против Исламской Республики. Через этот стратегический морской коридор осуществляется около 20% мирового экспорта нефти. Однако 5 марта министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи сделал уточнение, заявив, что пролив формально не закрыт, однако суда и танкеры самостоятельно избегают прохода через него из-за опасений стать мишенью в ходе военного противостояния.