"Предали меня. А сколько таких же, как я?": Герой войны пожалел, что выжил, – в тылу добивают свои. Система не оставляет шанса?

Обессиленный боец сидит под деревом, рука перевязана. Слышен звук прилёта. Парень сильно истощён. На камеру своего телефона записывает видео, которое могло быть стать последним. Боец говорит, что все его товарищи погибли:

Это просто ужас. 13 дней. Ничего не ели. "Птичка" ударила. Чуть руку не оторвала. За две недели две полторашки воды. В болоте набираю. Нашёл у кого-то шоколадку в разгрузке. Как же вкусно! А мне ещё 10 километров откатываться.

 Скриншот с тг-канала "Боцман V"

Бойцу повезло: несмотря на тяжёлое состояние, он смог-таки выйти к своим. Вскоре Максим Марущуков, проходивший службу в мотострелковой бригаде, оказался в госпитале. Ему ампутировали часть руки. Для него война, казалось бы, закончилась. Но не тут-то было.

"Нарисовалась родня, которая от меня отказалась"

Максим в семь лет осиротел. Отец его ушёл из жизни за два года до этого. Но вскоре не стало и мамы. Никто из родственников не выказал особого желания взять на себя ответственность за воспитание Максима. Так мальчишка оказался в одном из детских домов в Иркутске. В архиве местного ТВ есть сюжет 16-летней давности, в котором рассказывается, как участник выставки юных Кулибиных Максим Марущуков вместе с преподавателем собрал трицикл. Своё изобретение школьник подарил знакомому – инвалиду, который жил в церкви. Мог ли он тогда представить, что однажды и сам окажется инвалидом, которому нужна будет помощь.

Скриншот видео: "Вести.Иркутск"

В конце 24-го года Максим решил подписать контракт на участие в СВО.

Когда получил выплаты, нарисовалась родня, которая от меня отказалась. Её не так много, но есть. Началось: кому кредит помочь закрыть, кому просто деньги нужны,

– вспоминает боец.

После увольнения по ранению получил категорию "Д", на руках – выписка из приказа и необходимые документы. Однако семь месяцев он не мог оформить выплаты по ранению:

Семь месяцев бегаю после увольнения. "Догоняю" своё личное дело в военкомат, чтобы оформить выплаты. Потерял руку по локоть, работы нет. Возвращаешься обратно, те говорят: "Да, всё будет хорошо, тебе везде поможем, всё будет замечательно". По итогу ничего нормально не работает! Трубки не берут. Никому не дозвонишься,

– говорит Максим.

Он добавляет: "Предали меня, а сколько таких же, как я?"

"Пошёл к юристам. Ценник такой выкатили!"

Максим искал личное дело в военкомате по месту фактического проживания, а ему сказали, что надо по прописке. Поехал за 500 километров, чтобы узнать, – и там нет его документов. А между тем жить на что-то надо. Всё, что было на тот момент, – ветеранка 3500 рублей. Притом что только за снимаемую комнату ему необходимо платить 11 тысяч в месяц. От безысходности обратился за помощью в фонд "Защитников Отечества", просил помочь с работой:

Предложили сисадмином – при моих-то 9 классах образования. Предложили упаковщиком на склад. Но там выработка нужна, а с моей рукой я её не смогу давать. Что ж, за 15 тысяч работать?! Пошёл в охрану в супермаркет, там говорят: "Без протеза – что людей пугать? Делай протез, потом приходи".

Скриншот с тг-канала "Боцман V"

В итоге сам устроился сторожем на стоянку – сутки через двое, 1000 рублей за смену. Но надо было решать вопрос с выплатами:

Пошёл к юристам. Ценник такой выкатили! Реально доведут страну до такого, что опять начнётся полный кошмар. Потому что сейчас столько пацанов вернётся.

И вот после того, как Максим стал публиковать видео, в которых рассказывал о своей ситуации, на него обратили внимание:

Пока видос не записал, никто шевелиться так и не начал. Протез пока не делал, так как у меня контрактура. Я не могу руку разжать до конца.

В итоге в июле Максим получил положенные по закону деньги. Но начался новый бой – за военную пенсию. По его словам, в начале июля он подал заявление, а рассмотрели его только в середине сентября. Обещали, что в октябре получит.

Так хочется, чтобы к власти пришли нормальные люди, чтобы реально заботились о людях,

– с надеждой говорит Максим.

На самом деле, помимо волокиты с выплатами, в этой истории есть ещё одна проблема – как найти себя в новой жизни после войны. И в этой части система, которая должна помогать людям, в данном случае с Максимом едва его не добила.

Сколько таких парней было после Чечни, которые оказались никому не нужны, просто вне зоны внимания тех, кого защищали от террористов и бандитов. И не приведи Бог повториться тому времени. Так что к участникам СВО должно быть не двойное, а тройное внимание. Люди жизнью рискуют, здоровье отдают ради чего? Сторожами работать?

– задался вопросами в беседе с "Новороссией" полковник в отставке, участник двух чеченских кампаний Евгений Кривошеев.

Максиму ещё предстоит установить протез, найти всё же работу – и в этом ему должен же кто-то помочь. Как и тысячам других ребят, которые оказались в подобной ситуации. Или принцип "русские своих не бросают" работает только на фронте?