Указ Верховного чиновники проигнорировали. Прозвучало публичное признание. Теперь страна сползает в рецессию
На ПМЭФ-2026 де-факто перечеркнули указ президента об экономическом развитии. Кто и почему тормозит инвестиционный рывок и сколько на самом деле зарабатывает половина страны, "Новороссия" поговорила с обозревателем "Царьграда" Андреем Ревнивцевым.
На ПМЭФ-2026 де-факто перечеркнули указ президента об экономическом развитии. Кто и почему тормозит инвестиционный рывок и сколько на самом деле зарабатывает половина страны, "Новороссия" поговорила с обозревателем "Царьграда" Андреем Ревнивцевым.
– Планировалось, что к 2026 году мы выйдем на темпы роста экономики не ниже среднемировых. Но по итогам ПМЭФ прогноз всего 0,4% роста ВВП. Что пошло не так?
– Пошло не так то, что стратегическая задача президента вступила в прямое противоречие с тактическими установками финансового блока правительства. Путин говорил об инвестиционном рывке, о модернизации, о том, что мы обязаны расти быстрее мира, несмотря на санкции. А на ПМЭФ заместитель председателя ЦБ Алексей Заботкин заявил: приоритет – борьба с инфляцией, и гражданам придётся "потерпеть". Это смена парадигмы. Вместо роста нам предложили "управляемое охлаждение". И теперь страна сползает в рецессию – не гипотетически, а вполне реально: стагфляция, падение инвестиционной активности, остановка проектов. Указ президента оказался в глубоком конфликте с логикой Центробанка, и в этом конфликте победил Центробанк.
– Указ Верховного главнокомандующего чиновники проигнорировали?
– Да, причем указ президента – это не рекомендация, это обязательство. Но что мы видим? Проходит год с момента его подписания, и вместо дорожной карты по ускорению роста – заявление зампреда ЦБ о том, что рост подождёт, пока мы победим инфляцию. Чиновники финансово-экономического блока, включая Минфин и ЦБ, просто проигнорировали задачу. Они не предложили альтернативных механизмов, не запросили дополнительных ресурсов, не начали структурных реформ. Они сделали вид, будто указа не существует, и продолжили работать по старым лекалам: высокая ключевая ставка, сжатие денежной массы, подавление спроса. А ведь президент говорил о рывке – это совершенно другая логика.
– Официальная статистика выглядит вполне благополучно: безработица 2,2%, средняя зарплата превысила 100 тысяч, реальные доходы выросли…
– За красивой средней зарплатой в 100 тысяч рублей скрывается медианная – около 70 тысяч. То есть половина работающих граждан получает меньше этой суммы. А в образовании и здравоохранении – 54–56 тысяч. При этом инфляция съедает всё. Реальные располагаемые доходы, по данным Росстата, вырастут в этом году всего на 2,1% – вдвое ниже накопленной инфляции. Коэффициент Джини растёт, неравенство усиливается. Богатые становятся богаче, бедные – беднее. А за официально низкой безработицей скрывается более 4 миллионов человек в отпусках без сохранения зарплаты, 1,6 миллиона – на неполной занятости. Люди формально работают, но их доходы и реальное время работы резко сократились. Особенно тяжело в автомобильной промышленности, машиностроении, металлургии. Так что картинка радужная только на верхнем уровне статистики. Копни глубже – и увидишь нищету и неуверенность.
– Экономические проблемы связывают с демографическим кризисом. Но ведь государство вкладывает огромные средства в материнский капитал, льготную ипотеку, "моду на многодетность"…
– Всё это, простите, косметика. Пока медианный доход семьи – 80–90 тысяч рублей, рождение третьего ребёнка автоматически делает её малоимущей. На каждого члена семьи приходится меньше прожиточного минимума. Материнский капитал – разовая выплата, а жить-то надо годами. Ипотека, даже льготная, – это долги на десятилетия. А ребёнок – это ежедневные расходы на питание, одежду, образование, лекарства. Когда человек работает на полную ставку, получает 60 тысяч и не может прокормить двоих детей, это не "мода на многодетность", а приговор. Люди в таких условиях не рожают не потому, что они "непатриотичны", а потому что они боятся. Боятся, что не вывезут, что дети будут голодать, что они сами окажутся за чертой бедности. Хотите детей? Дайте людям уверенность в завтрашнем дне. А не пропаганду.
– Эксперты говорят о необходимости смены экономической парадигмы. Что это означает на практике?
– Это означает переход от модели "сырьевой экспорт + финансовый сектор" к модели "внутреннее производство + высокие технологии". Мы должны перестать быть придатком глобальной экономики, которая нас же и душит санкциями. Нужно вкладываться в реальный сектор: станкостроение, микроэлектронику, химию, фармацевтику, машиностроение. Нужно создавать рабочие места с зарплатами, на которые можно жить, а не выживать. Нужно менять налоговую систему, чтобы она стимулировала инвестиции, а не выводила капиталы за рубеж. И нужно, наконец, перестать бояться инфляции как огня. Да, высокая инфляция – это плохо. Но стагфляция – это хуже. Когда экономика не растёт, а цены растут – это тупик. Центробанк сейчас борется с инфляцией, убивая рост. А надо наоборот: стимулировать рост, и инфляция начнёт снижаться за счёт насыщения рынка товарами.
– Есть ли конкретные предложения, что нужно сделать прямо сейчас, чтобы переломить ситуацию?
– Первое – признать, что политика ЦБ провальна. В условиях войны, санкций и мобилизационной экономики стандартные монетарные инструменты не работают. Нужна не "борьба с инфляцией", а борьба с дефицитом предложения. Стимулировать производство, а не подавлять спрос. Второе – запустить реальные инфраструктурные проекты с государственным финансированием: дороги, мосты, заводы, энергетика. Это даст рабочие места и мультипликативный эффект для смежных отраслей. Третье – пересмотреть бюджетную политику: сократить непроизводительные расходы и направить деньги в реальный сектор. Четвёртое – адресно поддержать самые уязвимые категории: многодетные семьи, бюджетников, пенсионеров. Не разовыми выплатами, а устойчивым повышением доходов. И пятое – изменить систему управления экономикой. Пока у нас ведомства тянут одеяло на себя, стратегические цели президента остаются на бумаге.