Волга и Дон превращаются в ручьи и болота: Кто убивает реки

– Дунай обмелел до глубины в 23 сантиметра. У нас многие воспринимают это как "их проблемы". Нас, получается, это не касается?

– Еще как касается. Наши реки тоже превращаются в ручьи и болота. Пока европейцы хоть как-то пытаются справиться с обмелением, мы делаем вид, будто всё нормально. Мы привыкли считать, что запасов воды хватит на столетия, что она "сама восстановится", но это иллюзия.

– Начнем с главной артерии – Волги. Ее всегда называли "матушкой". Что происходит с ней сейчас?

– Волга-матушка сегодня – это уже не та живая река, которую воспевали поэты. Каскад водохранилищ превратил ее в цепочку стоячих озер, скорость течения упала почти до нуля. Особенно грозно проблема обмеления проявляется в последние 5-6 лет. Например, в 2025 году в верховьях берег обнажился на несколько лишних метров, а в Нижегородской области из-за нехватки воды начался массовый замор рыбы – ей просто негде нереститься. Ученые уже говорят прямо: Волга перестала быть полноводной рекой.

– А что с Доном, который считается "батюшкой"?

– Дон-батюшка, казачий и тихий, в октябре 2025 года обмелел до критических отметок. Годовой сток оказался ниже среднего многолетнего значения, а весенний приток воды в Цимлянское водохранилище достиг лишь 31% от нормы. Исследователи ВНИРО зафиксировали один из самых низких уровней за всю историю наблюдений. Летом 2025 года под Батайском из-за этого тоже произошла массовая гибель рыбы. Река не получила весенней подпитки.

– Подпитка идет из рек поменьше?

– Именно. Иртыш, Обь, Кама, Ока – та же картина. Но страшнее всего ситуация с малыми реками. По данным Росгидромета, только в европейской части России за последние десять лет полностью пересохли или стали цепочками болот не менее 150 малых рек. Они умирают, превращаются в зловонные лужи. А ведь малые реки – это капилляры, питающие крупные артерии. Нет капилляров – умирает и артерия.

Коллаж Новороссии

– Многие чиновники и эксперты любят поднимать на щит любимую европейскую тему про глобальное потепление. Это действительно главная причина?

– Я бы сказал, что климат – лишь один из факторов, и далеко не всегда определяющий. Гидрологи устали повторять, что мы сами виноваты. Первая причина – отказ от системного дноуглубления. В 90-е флот порезали на металлолом, специалисты разбежались, и реки остались один на один с илом. Вторая – аграрная эрозия, когда агрохолдинги распахивают землю до самой воды, и тонны чернозема смываются в русла. И третья – каскады ГЭС, которые превратили реки в отстойники, где оседают наносы.

– Но ведь государство запустило проект "Оздоровление Волги", выделяются миллиарды. Этого недостаточно?

– К сожалению, это лишь точечные меры. Река – это не труба, это живая система. Пока мы "оздоравливаем" Волгу фрагментарно, по всей стране происходят катастрофы. Например, в октябре 2025 года в реке Охте содержание нитритов превысило ПДК почти в 13 раз – это повлекло массовую гибель рыбы. В Нижнем Новгороде содержание аммония в Волге превышено в 10 раз. А копеечные штрафы за загрязнение гораздо дешевле заплатить, чем строить очистные.

– Кто же главные вредители? Промышленность?

– Почти все. Промышленность – вспомните разлив 21 тысячи тонн дизеля в Норильске. Коммунальщики, сбрасывающие миллиарды кубов недостаточно очищенных вод в Волгу. Аграрии, распахивающие водоохранные зоны. Но самое страшное – это отношение властей. Чиновники всё списывают на климат и иногда только мешают работе по оздоровлению рек. Допустим, есть показательный пример с тамбовским предпринимателем Романовым. Он попытался за свой счет спасти реку Цну от обмеления, поставил перемычку, а получил уголовное дело за то, что помешал нересту. Чиновникам важно сохранять должности и видимость контроля, а река продолжает мелеть.

– Каков итог этой ситуации?

– Мы теряем саму память о том, что река – это дыхание земли. Мы 30-40 лет планомерно разрушали водное хозяйство, не давая рекам ничего взамен. Если не очнуться сейчас, дефицит воды, эпидемии и социальные взрывы неизбежны. Чужая засуха – это предупреждение. Наши реки пока живы, но уже на грани. Если не начать действовать сегодня, завтра будет поздно, потому что вода не прощает обид: она просто уходит и не возвращается.