ВПК во время войны душат в угоду "своим"? Систему против "Старлинка" генералы не приняли. Фронт платит кровью

Об этом – наш разговор с обозревателем "Царьграда" Александром Тагировым.

– Военный Рунет буквально гудит от возмущения. Что случилось?

– Тему, о которой точно нельзя молчать, первыми подняли люди, давшие фронту легендарные дрон-детекторы "Юрка", систему связи "Кузнечик" и комплекс для перехвата видео с беспилотников "Сова". В своем канале инженеры "Гагаринга" пишут: поводом стали новости из Китая – Поднебесная запустила программы по привлечению разработчиков со всего мира. Создают им все условия. А что у нас? А у нас – новые условия контрактов в 2026 году, которые лишили малые компании возможности вести исследования. Таможня создаёт барьеры, отсутствуют условия для конкуренции в сфере ВПК.

Отечественные разработчики не стесняются в выражениях: "Есть элита, а есть те, кто лицом не вышел".

– Но ведь кто-то же работает с государством? Есть же позитивные примеры?

– Инженеры "Гагаринга" специально обратились к коллегам по народному ВПК с просьбой поделиться удачными примерами взаимодействия с Минобороны. И знаете что? Позитивных ответов не было. Ни одного. Из массы знакомых, как говорит представитель известного уральского производителя дронов "Лаборатория будущего", получилось лишь у парочки. Но там, скорее, сработало лоббирование серьёзных людей.

Коллаж "Новороссии"

Военкор Андрей Филатов, который теперь тоже занят в народном ВПК, рассказывает вопиющую историю. Он предлагает реальное противодействие терминалам "Старлинк" – знает, как их распознать и глушить. Но генералы систему не приняли. Филатов был на апробации, где технике намеренно создавали условия в угоду непризнания. Полгода ходит и рассказывает военным чиновникам рабочее решение. Решение в одном регионе уже работает – надо просто перетянуть в сухопутные войска. Что в итоге? Приезжают военные чиновники на испытания, ставят выключенный терминал и говорят: "Обнаруживай".

Вывод Филатова категоричен: наверху срочно ищут, кто будет изготавливать аналоги "для своих". Людям "с улицы" вход в оборонку запрещён. Через какое-то время непонятная фирма подгоняет аналог, и приёмка признаёт его годным. А фронт за промедление платит кровью.

– А что с дронами-перехватчиками? Враг их уже массово применяет.

– Разработчик БПЛА Сергей Товкач утверждает, что дроны-перехватчики, которые сейчас так необходимы ПВО, могли бы появиться у нашей армии гораздо раньше. Люди, которые понимали, что ситуация с ударами вглубь страны непременно настанет, обивали пороги Минобороны. И слышали неизменное: "Ещё один дрон армии не нужен". В итоге перехваты сделали единицы и в малых количествах – в основном те, у кого были свои деньги. С БЭКами на море – ровно та же история.

Товкач саркастично замечает: сегодня, когда угроза стала явной, Минобороны готово срочно приобретать любые перехватчики. А ведь можно было заранее создать разработчикам условия.

Коллаж "Новороссии"

– А как устроено у врага? Почему у них получается лучше?

– На Украине выстроили распределённую модель: закупки у тысячи малых производителей, единые стандарты, мгновенная обратная связь. Результат – скорость, адаптивность, массовость. Автор популярного канала "ZапискиVетерана" объясняет: у нас же централизованные закупки, месяцы согласований и исключительная избирательность в выборе проверенных, а по факту – "своих" производителей. На ту же смену частот для обхода РЭБ украинский частник реагирует за неделю, а наша система – через несколько месяцев.

– Что предлагают?

– Необходима срочная децентрализация заказа. Нужно дать чёткий сигнал: государство готово закупать дроны даже малыми партиями у гаражников, но при условии соблюдения единых требований. Причины, почему это до сих пор не сделано, всё те же: боязнь брать ответственность, недоверие к несистемным производителям и монополизм крупных игроков.

Печальная иллюстрация: каталог врага содержит больше десятка перехватчиков дронов. В отечественном списке таких изделий – лишь два.

Либо мы прекращаем монополию "своих" с правильными лицами, либо и дальше смотрим технологическое превосходство врага. Для украинцев это вопрос выживаемости. А для нас?